ЖУРНАЛ
«США и Канада: экономика, политика, культура»
№ 1 (373) январь 2001 г.

Виктор Борисович Супян, доктор исторических наук, профессор, заместитель директора Института США и Канады РАН

ЭВОЛЮЦИЯ ФОРМ СОБСТВЕННОСТИ В США:
СОВРЕМЕННЫЕ ОСОБЕННОСТИ

Дискуссии о том, какая форма собственности эффективнее и справедливее, а также о путях приватизации, идут не только в странах с переходной экономикой, но и в странах со сложившейся рыночной экономикой. Активно обсуждаются эти вопросы и в США.

Американский опыт приватизации интересен по нескольким причинам. Во-первых, основные теоретические в этой области были сделаны именно американскими учеными. Во-вторых, концепция приватизации была здесь расширена: к ней стали относить не только продажу государственных предприятий, но и внедрение других рыночных механизмов, например, контрактирование государственных учреждений с частными фирмами — исполнителями заказов, использование государственных ваучеров для коммерциализации бюджетных организаций и ряд других. В-третьих, поскольку США развивали приватизацию в ситуации гораздо менее огосударствленной экономики, чем во многих других странах, это может послужить примером, до каких пределов следует распространять приватизацию в экономической и социальной сфере. В-четвертых, американский опыт может быть полезен для уяснения различий в приватизации, обусловленной мотивами повышения эффективности экономики, и приватизации, побуждаемой причинами политического характера. Особый интерес вызывает собственность работников. Первые законопроекты, положившие начало широкому созданию акционерной собственности работников (ESOP — Employee Stock Ownership Plans) были внесены в Конгресс еще в середине 70-х годов. С тех пор было принято несколько десятков новых законов, в том числе и в рамках налогового законодательства 1986 г. В конце 90-х годов различными формами собственности работников в США было охвачено, по оценке американских экспертов, около 15 млн. человек или 12% рабочей силы страны.

Возникновение и развитие собственности работников является одним из важнейших социально-экономических феноменов в эволюции частной собственности современного капитализма и поиске некоего политического и идеологического консенсуса относительно соотношения частного и государственного начал в экономике и обществе.

Георгий Борисович Корсаков, соискатель Института США и Канады РАН

ПРОТИВОРАКЕТНАЯ ОБОРОНА:
КАКОЕ НАСЛЕДСТВО ОСТАВИЛ ПРЕЗИДЕНТ КЛИНТОН

Закон «О создании национальной системы противоракетной обороны» был подписан президентом Клинтоном 23 июля 1999 г. А 1 сентября 2000 г. он же объявил, что окончательное решение о развертывании национальной ПРО примет следующий президент США. Объясняя причины такого своего шага, Клинтон указал, что технология национальной ПРО все еще не проверена, а проведенные испытания не позволяют сделать выводы о ее надежности. Сослался Клинтон также и на ряд политических проблем.

Особо была выделена позиция России в связи с российско-американскими переговорами по СНВ и Договору по ПРО. Здесь уместно напомнить, что Россия продолжает рассматривать Договор по ПРО как главный фактор сохранения стратегического баланса в мире в условиях изменившейся политической обстановки. Для России важно, чтобы США сократили свой ядерный арсенал до 1500 боевых блоков по сравнению с уровнем в 3500, предусмотренным Договором СНВ-2. Это можно было бы достичь в рамках Договора СНВ-3. Нельзя не заметить, что в американской политике конца 2000 — начала 2001 г. явственно просматривается антироссийская линия поведения. Американские лидеры не раз указывали на опасность российского ядерного потенциала и возможность восстановления боеспособности российских вооруженных сил. Так можно говорить лишь о вероятном противнике.

В то же время имеется определенный позитивный потенциал для развития широкого международного сотрудничества по системам нестратегической ПРО, создание которых не запрещается международными соглашениями и не подрывает стратегическую стабильность. В этом свете тесное деловое российско-американское сотрудничество способно стать мощным стабилизирующим фактором и оказать сильное влияние на международные отношения. Но это возможно лишь при условии сохранения Договора по ПРО, продолжения процесса СНВ, дальнейшего продвижения по пути к ядерному разоружению. Для американской стороны — это уже поле деятельности нового президента, которому Б. Клинтон оставил в наследство в том числе и решение проблем противоракетной обороны.

Сергей Федорович Молочков, кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Института США и Канады РАН

ИЗУЧЕНИЕ КАНАДЫ В РОССИИ — НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ

Систематизированное изучение Канады ведет начало с весны 1972 г., когда в Институте США Академии наук СССР (ныне — Институт США и Канады РАН) по инициативе его директора Г.А. Арбатова был создан сектор Канады во главе с Л.А. Баграмовым. Первой работой молодого сектора стала коллективная монография «Канада на пороге 80-х годов» (1979 г.). Вслед за нею в свет вышло несколько десятков коллективных, индивидуальных и совместных канадоведческих работ.

В 1989 г. канадоведы Института выступили с инициативой создания Советской ассоциации изучения Канады (САИК), которая в 1992 г. была преобразована в Российскую ассоциацию изучения Канады (РАИК). Информацию о её деятельности, планах, публикациях, международных контактах можно найти на сайте: http://canada.iclub.ru.

Подводя итоги сделанному российскими канадоведами за истекшие годы, можно, не впадая в хвастовство, сказать, что в изучении Канады в России достигнуты немалые успехи. В то же время следует признать, что это лишь первые, хотя и весьма впечатляющие, шаги. Целые области и множество отдельных интереснейших проблем и вопросов ждут своих исследователей, которым предстоит либо более углубленно продолжать уже имеющиеся разработки, либо стать первопроходцами в овладении знаниями о Канаде на новых направлениях. Особо ценен для нашей страны опыт Канады в развитии отдельных отраслей традиционной и «новой» экономики, не в последнюю очередь — сельского хозяйства (за опытом в этой области нашим хлеборобам, например, нужно ехать в первую очередь не в американскую Айову, а в канадские Степные провинции, где климат и почвы такие же, как в Западной Сибири, а результаты хозяйствования на голову выше).

Как объект научного анализа, Канада по многим направлениям все еще представляет собой нетронутую целину. Энтузиастов, которые решат присоединиться к немногочисленному отряду российских канадоведов, ждет увлекательный труд по овладению новыми знаниями на благо России.

Эдуард Львович Нитобург, заслуженный деятель науки РФ, доктор исторических наук, профессор, ведущий научный сотрудник Института этнологии и антропологии РАН

РУССКОЯЗЫЧНАЯ ПРЕССА В США

История русскоязычной прессы в США насчитывает уже 130 лет. И хотя большинство газет времен первой дореволюционной, да и второй — послереволюционной волны русской иммиграции в США издавалось на довольно примитивном уровне, эти газеты способствовали росту грамотности, культурного уровня и кругозора первых русских иммигрантов, знакомили их и с обычаями, порядками и нравами Америки, и с жизнью самой русской иммигрантской колонии. Помогая иммигрантам адаптироваться в Америке, русскоязычная пресса способствовала и сохранению русской культуры.

Приток в США в середине XX в. более 300 тыс. перемещенных лиц, в том числе десятков тысяч русских, украинцев, белорусов и других выходцев из СССР, обусловил заметные изменения в характере и тиражах русскоязычной прессы в послевоенные десятилетия. К тому же, за это время и потомки иммигрантов первой волны и дети иммигрантов второй волны успели ассимилироваться, превратившись в культурном и социальном отношении в «русских американцев». Не случайно, поэтому, что одни американские исследователи, оценивая ситуацию в послевоенные десятилетия, утверждали, что третья волна русских вызвала настоящий бум в русскоязычной прессе, ибо между 1945 и 1965 гг. в ней появилось 106 новых названий, а другие заявляли об упадке русскоязычной прессы. И действительно, по имеющимся данным, разовый тираж ее составлял в 1942 г. 121 тыс., в 1959 г. — 64 тыс., а к 80-м годам — 49 тыс. экземпляров. Но если в 1942 г. выходило 19 названий, то в 1960 г. — 40.

Поэтому вопрос, а имеет ли русскоязычная пресса будущее в Америке, далеко не риторический. Основатель и редактор выходящей в Калифорнии газеты «Панорама» А. Половец, например, считает, что если свободный обмен людьми и идеями будет продолжаться, то поле русской прессы за рубежом будет расширяться. Но даже если вновь возникнет изоляция от России, то это поле останется стабильным, потому что в большом числе семейств хранятся и русская культура, и язык.

Уоррен П. СТРОУБЛ, старший редактор журнала «Ю.С. ньюс энд уорлд рипорт»

ВЛИЯНИЕ СМИ НА ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ
В ИНФОРМАЦИОННЫЙ ВЕК

Каким образом революция в глобальных информационных технологиях изменила формирование внешней политики США? Нынешний мир, насыщенный СМИ, не отменил необходимости сильного политического руководства. Пожалуй, эта необходимость даже усилилась. Не заменяют СМИ и конфиденциальную дипломатию. Быстрая передача информации и вездесущность СМИ, имеющих наготове массу вопросов, означают, что официальные лица должны принимать решения и публично высказываться по политическим вопросам быстрее, чем им хотелось бы. Просить СМИ и общественность ждать можно, но в этом случае официальные лица выглядят неподготовленными или нерешительными. Недостаток времени наряду с «информационной войной» противника могут привести к ошибкам.

Однако, в процессе выработки и реализации внешней политики способность быстро и напрямую общаться как с союзниками, так и с противниками, — а также с их общественностью — в некоторых случаях служит большим преимуществом. Во время кризиса в Персидском заливе 1990—1991 гг. президент США Буш-старший, обеспокоенный тем, что Саддама Хусейна окружали помощники, боявшиеся сообщать ему плохие новости, и тем, что из антивоенных протестов в США тот может сделать вывод о недостатке решимости у Вашингтона, в нескольких случаях воспользовался телевидением для того, чтобы обратиться к иракскому лидеру напрямую.

Со времени окончания холодной войны произошла не одна, а две революции, которые повлияли на процесс информирования населения относительно внешней политики США. Одна связана со взрывным развитием глобальных средств связи. Вторая — это геополитическая революция: в отсутствие советской угрозы внешняя политика может казаться многим американцам не столь важной. Вместе взятые, эти изменения заставляют тех, кто отвечает за принятие решений в этой области, прибегать к более сложным и творческим методам распространения информации, используя как новые, так и старые средства коммуникации. Ежегодный доклад Государственного департамента о правах человека был размещен в Интернете в день опубликования — и к нему обращались, без сомнения, журналисты, неправительственные правозащитные группы и правительства зарубежных государств, упомянутые в этом документе.

Одно из наиболее интересных явлений информационного века — это демократизация доступа к средствам массовой информации, означающая рост числа групп, способных влиять на внешнюю политику. Как уже говорилось, политики и дипломаты не считают, что их места узурпированы. Однако теперь они должны делить политическую арену с неправительственными группами, включая правозащитные и группы по оказанию помощи, аморфные коалиции активистов, создаваемые по различным поводам, и даже армии повстанцев и террористов.

СМИ не формируют внешнюю политику. Но в информационный век последнюю нельзя формировать без СМИ.